Форум » Болталка » Стихи, цитаты, фразы » Ответить

Стихи, цитаты, фразы

Cassiopeia: Давно хотела открыть эту тему. Смысл такой: выкладываем стихи, цитаты, фразы которые затронули душу, заставили задуматься или же посмеяться. Я просто маньяк подобных вещей, вот и подумала, почему бы не втянуть и вас? Оформление поста следующее: фраза или цитата, желательно в кавычках, с указанием автора, если такой известен)) Попрошу пока что не комментировать, а просто делиться сокровищами. Уау!

Ответов - 243, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 All

alada: такое любимое, такое... Сколько взглядов моих не тобою подбиты влёт, скольким обручам мне наутро сжимать виски, Сколько братьев твоих с волосами, как дикий мёд, ежедневно проходят мимо моей тоски? Сколько их – пока ты там спокоен, далёк и нем, совершают за мной – от меня – до меня – погонь; Сколько раз, очарованной ими, кидаться мне в тихий омут, в горячий песок, в озорной огонь? Сколько братьям твоим играть со мной в поддавки, каждым жестом меня зазывая с собой на дно, Сколько мне бродить просторами их колхид, сколько рейдов отправить за золотым руном? А найти – только пыль в карман да в ботинки сор, и отлить из них серебро, и другим раздать; А вернуться – пустой кошель да горящий взор, лихорадка и бред по всей ширине листа. Сколько их, так похожих – в профиль или в анфас, – обещали вечный приют и спокойный сон, Сколько их – той же масти, и роста, и цвета глаз, - сколько их меня уводило за горизонт; Удивлялись лёгкости их надо мной побед, но ночами меня не спасали от темноты – И вдвойне удивлялись, когда совершён побег, потому что, нет, даже братья твои – не ты. Я живу веселее, чем табор иных цыган; если в голосе я и в духе – мне каждый рад. У меня внутри – твоё имя о трёх слогах, у меня на постели – твой сероглазый брат. Что за дело тебе, драгоценнейший имярек, чем, и как, и где добываю мой смех и зной? Как бы сердце своё сохранить к золотой поре, когда ты наконец-то придёшь за мной… (с) Ракель Напрочь

Cassiopeia: alada пишет: Я живу веселее, чем табор иных цыган; если в голосе я и в духе – мне каждый рад. У меня внутри – твоё имя о трёх слогах, у меня на постели – твой сероглазый брат. Что за дело тебе, драгоценнейший имярек, чем, и как, и где добываю мой смех и зной? Алад, это просто... Я каждый раз нахожу в стихах, которые тоже трогают твоё сердце - себя *ПИЧАЛЬ* Нереально красиво.

opheliac: Когда я был маленьким, я любил играть со своим котом в русскую рулетку. Он часто выигрывал. Но вот я вырос, а мой кот стал слишком стар, чтобы нажимать на курок... Когда я был маленьким, я верил, что игрушечный пистолет может выстрелить. И убить. Но только спустя годы, я понял, что убивает человека не пистолет, а та боль, которая толкает его к выстрелу... Когда я был маленьким, я верил, что мой кот умеет нажимать на курок. Но позже я понял, что на курок нажимает Бог... Когда я был маленьким, я верил, что «Бог» – это дедушка из соседнего дома, который каждый раз вздрагивает после выстрелов из игрушечного пистолета. И лишь потом мне сказали, что он потерял на войне всех... Когда я был маленьким, я думал, что «Все» – это мама, папа, дедушка, бабушка и мой кот... А потом мне сказали, что «Все» - это Наш народ. Но я так и не понял, почему народ «Наш», и чем он отличается от Их народа... Когда я был маленьким, я верил, что умирают только понарошку. И от игрушечных выстрелов. Но когда я пошёл на войну, я понял, что смерть – настоящая. Она – как зарок, неизбежный зарок никогда не стрелять... Когда я был маленьким, я смотрел в глаза своему врагу перед выстрелом. Но спустя годы, когда меня подстрелили, я не видел глаз своего врага... Но подумал, что им мог бы быть Бог. (с) - Кот мой, посмотри, летают перья, надо мной летают, будто снег, котик мой, я до сих пор не верю, что у ангелов такой короткий век. Мы слетаем, скидываем перья, рассыпаем снегом по земле, мерзнем, зябнем, никому не верим, пишем пальцем письма на стекле. Чтоб была полегче жизнь земная, приставляют к ангелу кота - и поет он песни, объясняя - что, откуда, как, зачем, когда. Объясняют кошки всем крылатым: чтобы затеряться средь людей, скиньте крылья. Потерпите. Надо. Ждите. И для вас настанет день. Ждем. Летаем тихо, на закате, пишем пальцем письма на стекле. Верим, ждем, котов спасаем, кстати - чтобы ждали наших на земле. (с)


Cassiopeia: Ангел снимает нимб в дверях и идёт готовить ужин. Демон, ругаясь вполголоса, моет белые перья. В окна стучится дождь, ветер листвою кружит. Демон, вздыхая, раскладывает крылья на батарее. Ангел гремит кастрюлями, спрашивает: «Хлеб закончился?», Демон надевает куртку и смотрит на дождь с опаскою. Ангел выходит в прихожую, его лицо заключает в ладони. «Не надо, проживем и без хлеба», - и улыбается ласково. Вечер в квартире, в гостиной шумит телевизор. Демон пьет кофе, ангел – зеленый чай. Капли дождя отбивают марш по карнизу. Демон коснется руки – конечно же, невзначай… И вот так день за днем и год за годом. И кому же от этого право, становится хуже? В окна стучится осенняя непогода, Ангел снимает нимб в дверях и идет готовить ужин. (с)

Wh_Russian: Вместо письма Дым табачный воздух выел. Комната - глава в крученыховском аде. Вспомни - за этим окном впервые руки твои исступленно гладил. Сегодня сидим вот, сердце в железе. День еще - выгонишь, можешь быть, изругав. В мутной передней долго не влезет сломаная дрожью рука в рукав. Выбегу, тело в улицу брошу я. Дикий, обезумлюсь, отчаяньем иссечась. Не надо этого, дорогая, хорошая, давай простимся сейчас. Все равно любовь моя - тяжкая гиря, ведь висит на тебе, куда ни бежала б. Дай в последнем крике выреветь горечь обиженных жалоб. Если быка трудом уморят - он уйдет, разляжется в холодных водах. Кроме любви твоей, мне нету моря, а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых. Захочет покоя уставший слон - царственный ляжет в опожаренном песке. Кроме любви твоей, мне нету солнца, а я и не знаю, где ты и с кем. Если б так поэта измучила, он любимую на деньги б и славу выменял, А мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего любимого имени. И в пролет не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать. Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа. Завтра забудешь, что тебя короновал, что душу цветущую любовью выжег, И суетных дней взметенный карнавал растреплет страницы моих книжек... Слов моих сухие листья ли заставят остановиться, жадно дыша? Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг. Владимир Маяковский Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.

Cassiopeia: Wh_Russian Слушай, я дитя асфальта, не знала даже что у него такие стихи есть. Рыдаю буквально!

Wh_Russian: да, да, он по любви очень трогательно писал, это вам не "достаю из широких штанин"... за эти штанины и советсчину я его в школе отказывалась читать - просто становилась в позу и говорила, что принципиально не буду читать этого автора, хоть расстреляйте меня торжественно в актовом зале на линейке... скрепя сердце, списываю эти свои выходки на переходный возраст и общую придурь, но по существу хочется надавать себе пендалей... похоже на молитву... "Кроме любви твоей нету мне моря"... очень красиво и пронзительно, действительно до слез пробирает

alada: Wh_Russian пишет: Вместо письма самое любимое. и название - "Лиличка!", такое трогательное какое-то. беззащитное. а как он Яковлевой писал: ... Ты не думай, щурясь просто Из-под выпрямленных дуг. Иди сюда, иди на перекресток Моих больших и неуклюжих рук. Не хочешь? Оставайся и зимуй, И это оскорбление на общий счет нанижем. Я все равно тебя когда-нибудь возьму - одну или вдвоем с Парижем.

Cassiopeia: alada пишет: Я все равно тебя когда-нибудь возьму - одну или вдвоем с Парижем. Вою Шикарно.

barsyusha: Cassiopeia пишет: В окна стучится осенняя непогода, Ангел снимает нимб в дверях и идет готовить ужин. Вот такая простая философия... Cassiopeia пишет: не знала даже что у него такие стихи есть Вот что нам в школе преподавали?! Я узнала эти стихи лет в 25-27! А до этого про штанины только и знала и плевалась. Еще есть неоконченное стихотворение"Любит, не любит..." Вот интересно, что бы получилось в итоге.

gingerredwitch: barsyusha пишет: Я узнала эти стихи лет в 25-27! А я бы так и не узнала, если бы не услышала песню "Сплина". Отнесла ее в темку с музыкой. Пробирающие до слез стихи. Почему в школе их не дают?

Wh_Russian: потому что чиновники в Минобре у нас такие же, как в Минспорте, и что тот Писеев для своих спортсменов хорошего сделал... Мы в старших классах читали гениальнейшие одним своим названием "Запiскi Самсона Самасуя", еще и сочинение соответствущее писали "Самосуевщина как национальное явление в Беларуси того периода". Не спорю, важная вещь, но блин... лучше бы нам еще одного Короткевича в программу включили. это уже спам, или цитата названия засчитывается?

Wh_Russian: Хуан Рамон Хименес, перевод Симонова Судьба взяла мое сердце и тебя вложила мне в грудь. Ты меня не можешь отторгнуть, я тебя не могу отторгнуть, - друг без друга нам не вздохнуть! Ты и я, я и ты - это мы с тобою, - эти звенья не разомкнуть! Море и небо, связанные судьбою, небо и море суть. УТРАТА Бесконечна ночь утраты и темна стезя. Умирающий уходит - и вернуть нельзя. Он все дальше от надежды на пути своем. Но несбыточней надежда умереть вдвоем. И не легче пригвожденным к одному кресту. Все равно уходит каждый на свою звезду. ОДИНОКИЙ ДРУГ Ты меня не догонишь, друг. Как безумец, в слезах примчишься, а меня - ни здесь, ни вокруг. Ужасающие хребты позади себя я воздвигну, чтоб меня не настигнул ты! Постараюсь я все пути позади себя уничтожить, - ты меня, дружище, прости!.. Ты не сможешь остаться, друг. Я, возможно, вернусь обратно, а тебя - ни здесь, ни вокруг.

Wh_Russian: Фрай. Одно из двух известных мне его стихотворений. Имхо квинтэссенция его книг Я домой не вернусь - решено! Это небо дрожит как вода... Сколько тысяч шагов от болотных низин до холодной как руки луны? Гнутся голые ветви под тяжестью птиц. Разум птицей кричит - не беда. Пусть кричит. У меня есть в запасе последний глоток тишины. Я домой не вернусь никогда, но зато доживу до утра. Темный ветер и вечер холодный, луны поворот на ущерб - ничего! Знаешь, птица, во мне не осталось ни капли раба, и ни капли добра, и ни капли любви, и ни капли меня самого.

Cassiopeia: Wh_Russian пишет: Хуан Рамон Хименес Ооочень хорошо.

Wh_Russian: A la place du ciel, je mettrais ton visage Les oiseaux ne seront même pas étonnés Et le jour se levant, très haut dans tes prunelles On "dira le printemps est plus tôt cette année". Рене Ги Каду *пардон, не видела перевода этого маленького шедевра и сама перевести не возьмусь, так что исключительно для франкофонных, или, если наши жуберинки изволят... они творят чудеса и переводят все*

Wh_Russian: Из вечного. Франческо Петрарка, На смерть мадонны CCLXXII Уходит жизнь - уж так заведено, - Уходит с каждым днем неудержимо, И прошлое ко мне непримиримо, И то, что есть, и то, что суждено. И позади, и впереди - одно, И вспоминать, и ждать невыносимо, И только страхом Божьим объяснимо, Что думы эти не пресек давно. Все, в чем отраду сердце находило, Сочту по пальцам. Плаванью конец: Ладье не пересилить злого шквала. Над бухтой буря. Порваны ветрила, Сломалась мачта, изнурен гребец, И путеводных звезд как не бывало. CCLXXXII Ты смотришь на меня из темноты Моих ночей, придя из дальней дали: Твои глаза еще прекрасней стали, Не исказила смерть твои черты. Как счастлив я, что скрашиваешь ты Мой долгий век, исполненный печали! Кого я вижу рядом7 Не тебя ли, В сиянии нетленной красоты Там, где когда-то песни были данью Моей любви, где плачу я, скорбя, Отчаянья на грани, нет - за гранью? Но ты приходишь - и конец страданью: Я различаю по шагам тебя, По звуку речи, лику, одеянью.

opheliac: Это как в детстве: кто-то тебя оставил, сдал на хранение бабушке, как в спецхран, и ты гадаешь, сколько здесь будет правил и до какого ты ей под стражу сдан. Вечер - для страха, скажут "спокойной ночи", двери закроют, выключат верхний свет... Отблески улиц станут на шаг короче, тьма проберется к самой твоей голове. Хочется плакать, вроде бы - несолидно, жмурить глаза страшнее, чем видеть тьму. Где-то шуршание, и ничего не видно... Боже, как страшно бояться всего одному. Так и случится: будешь один бояться необратимо и намертво повзрослеть. Траты научат тебя никому не клясться. Память научит тебя ни о чем не жалеть. Тьма перестанет вставать к твоему изголовью, ты с ней подружишься, будешь почти на "ты", ты перестанешь город свой звать любовью, просто разлюбишь улицы и мосты. Только проснешься ночью, когда весь город, вымерзший, словно древний и дикий зверь, будет хрипеть у двери в твоем коридоре. Тут и захочется взять и захлопнуть дверь. Где по сюжету обещаны хэппи-энды, там не бывает ни страха, ни темных дней, и ни в какой не может быть киноленте, чтобы герои были на самом дне, чтобы умели плакать вообще без грима, чтобы умели вовремя замолчать. Только твое здесь точно неповторимо. Все остальное желательно выключать. Если однажды кто-то уйдет, оставит, не объяснившись, выключив весь твой свет, будет казаться, что небо тебя раздавит - а небо прижмется к глупой твоей голове. Вздрогнешь и вспомнишь, что все уже это было, были другими все правила и "нельзя". Просто с тобой уже это происходило: кто-то уехал тогда и тебя не взял. (с) Арька

Cassiopeia: opheliac Ахренеть

alada: нужно читать вслух. и чувствовать, как строчки ломаются, отражаются друг от друга... какое-то удивительно объёмное стихотворение. его можно попробовать на вкус...) Вот этот город. Остов его прогнил. Каменный остров оставшихся навсегда. Вот фонарей горячечная слюда. Вот я иду одна и гашу огни. Вот этот город, нужный только одним. Вот и вода, идущая по следам. Вот этот город. Картиночный до соплей. До постоянных соплей - полгода зима. Сказочный, барочный его филей. Набитые до оскомин его дома. Вот этот город, петровский лаокоон. Не по канонам канувший в никуда. Вот этот город - окон, коней, колонн. Слякотная, колокольная ерунда. Я знаю тебя, с математикой ты на ты. Тебе не составит труда эта разность тем. Гармония безвыходной простоты. Геометрия продрогших на лавках тел. Вот этот город, влитый вольной Невой. Непрерывность парков, прямая речная речь. Сделай мне предложение - из него, из дефисов мостов, из наших нечастых встреч. Вот этот город, он не простыл - остыл. Историю по колено в воде стирал. Расторгни его союз, разведи мосты. Закончи эту промокшую пастораль. Радость моя, ты и с музыкой не на вы. Слушай всё то, что он от тоски навыл. Гордый больной нарыв на брегах Невы. Даже его революции не новы. Чем же он жив, чем дорог его мирок? Чем он дрожит под левым моим плечом? Теплой пуповиной железных дорог, Сдобренной разговорами ни о чем. Сдобренной перегноем бесценных слов, недосогретых губ, что тебе еще? Как он стоит, чахоточный серый слон? Чем он благословлён, чем он защищен? Возьми этот город. Вычти центральный район. Отломай со шпиля кораблик и сунь в карман. Отпусти его в какой-нибудь водоем. Смотри, как исчезает его корма. Смотри, как опадает Дворцовый мост, Васильевский опускается в глубину. Флюгер берет направленье на норд-норд-ост, Трамвай уцепился колесами за струну. Вот этот город, косящий на запад рай с Заячьей, Каменной, Спасской его губой Вот телефонов осиплые номера. Вот я стою. Да, вот, я взяла с собой Теплый пакет с батоном и молоком. Я не приду умирать, приезжай пожить. Видишь, отсюда видно, как над рекой Лепит туман облаков слоёных коржи. Видишь, как он заворачивает в края мёрзлое ощетиненное лицо. Вот этот берег. Вот я жду тебя. Вот я. Вот драгоценный песок для наших дворцов. (Аля Кудряшева)



полная версия страницы